Граф И.Ф. Паскевич-Эриванский был авторитетом для Николая I по военным вопросам и разделял идею поэтапного силового воздействия на Османскую Империю. Захват Дунайских княжеств (территорий Молдавии и Валахии) считался им стратегически верным. Турция для противостояния России нуждалась в переброске значительных военных сил морем, что требовало времени.
Кроме того, Паскевич-Эриванский высказывался в пользу того, что славянское христианское население Дунайских княжеств поднимется на борьбу с Османскими властями на стороне армий Российской империи.
Начальник Черноморской береговой линии сообщал князу М.С. Воронцову и о том какие меры он полагал бы принять в случае войны с Турцией.
К 19 мая 1853 года вице-адмирал Л.М. Серебряков представил генерал-адъютанту князю М.С. Воронцову полную картину готовности укреплений линий к военным действия.
Начальник Черноморской береговой линии Л. М. Серебряков одним из первых узнал о прерывании дипломатических отношений с Османской империей, о чем его уведомил в предписании от 12 мая 1853 года № 365 начальник Главного Морского штаба генерал-адъютант князь А.С. Меншиков.
Начальнику Черноморской Береговой линии предписывалось в состоянии строгой секретности принять негласно все надлежащие меры военной предосторожности сообщив комендантам и воинским начальникам.
Представленный документ с грифом «Весьма секретно» адресован начальнику 1-го Отделения Черноморской Береговой линии генерал-майору и кавалеру Дебу Александру Осиповичу.
В постскриптуме документа Л.М. Серебряков приказывает А.О. Дебу указать на случай объявления войны Турцией каким способом предполагается укрепить Новороссийск со стороны бухты и какие для этого понадобятся средства.
Мореходные средства Черноморской береговой линии предназначались для сообщения и доставки грузов между портами и укреплениями, и для сопровождения торговых судов.
В распоряжении начальника Черноморской береговой линии по состоянию на 1853 год находились:
Судьба кавказских пароходов и транспортов в дальнейшем оказалась трагична.
В мае 1854 года, в рамках оборонительных мер против неприятеля, суда были затоплены или уничтожены.
Так, в Керченском проливе для блокирования Азовского моря были затоплены транспорты «Мамай», «Субаши», «Цемес» и «Кадос». Другие транспорты – «Доб», «Бзыб», «Гостогай» – были переоборудованы в плавучие батареи с мощной артиллерией. Пароход «Могучий» был сожжен у Керчи, а под Бердянском затоплены шхуна «Аргонавт» и пароходы «Молодец», «Боец», «Колхида». Пароход «Эльборус» в числе других славных кораблей российского флота был затоплен на Севастопольском рейде.
Высадка войск на восточный берег: переброска крупных сил морем
(17-24 сентября 1853 года)
14 (26) сентября 1853 года турецкий султан Абдул-Меджид I выдвинул ультиматум очистить Молдавию и Валахию от русских войск. 22 сентября (4 октября) 1853 года Турция объявила войну России.
В штабе Черноморской береговой линии были уведомлены об ультиматуме Османской империи.
Срок окончания ультиматума определялся по документам начальника Черноморской береговой линии Л.М. Серебрякова 12 (24) октября 1853 года.
На линии осуществлялись мероприятия по принятию мер предосторожности в случае внезапного появления турецких судов.
Военные корабли в момент захвата поста Св. Николая находились в Редут-Кале и помощь гарнизону оказать не смогли.
Для выяснения ситуации 17 октября из Сухум-Кале был послан военный пароход «Колхида» под командованием капитан-лейтенанта Константина Артемьевича Кузьминского. На момент прибытия пост был уже захвачен неприятелем. Корабль при проведении разведки неожиданно сел на мель и оказался под прицелом вражеского огня.
Турки открыли по «Колхиде» огонь из орудий и ружей. Русские моряки приняли бой. Он длился 4 часа. За это время противнику так и не удалось ни захватить пароход, ни потопить его.
Ценой нечеловеческих усилий, на пределе возможностей, под огнем противника экипажу удалось сдвинуть корабль с мели и уйти в море, но командир парохода и 14 матросов погибли во время боя, многие получили ранения. Сам пароход «Колхида» получил 120 пробоин разной величины.
Захват Османской империей поста Святого Николая послужил непосредственным поводом для развязывания военных действий на Кавказе.
20 октября (1 ноября) Николай I издал манифест о начале войны с Турцией.
Манифест был обнародован среди гарнизонов Черноморской береговой линии в начале ноября 1853 года, обнародование манифеста сопровождалось церковными молебнами.
Вице-адмирал Л.М. Серебряков с вверенными ему силами поступал под общее командование наказного атамана Войска Донского М.Г. Хомутова.
Гарнизоны с женщинами, детьми и вольнопромышленниками были доставлены в Геленджик и Новороссийск.
Ход снятия гарнизонов средних укреплений Черноморской береговой линии
Снятие средних укреплений Черноморской береговой линии было выполнено успешно.
Помимо, фамилий указанных таблице о ходе снятия гарнизонов, вице-адмиралом
Л.М. Серебряковым отмечено участие в снятии гарнизонов средних укреплений адъютанта главнокомандующего князя Меншикова, капитан-лейтенанта барона Эрнста Федоровича Фон Виллебранта, артиллерии штабс-капитана Александра Христофоровича Глазенапа, заведывающего гальванической командою Кавказского саперного батальона поручика Александра Карловича Фон Крита и заведывающего штабом линии Главного штаба полковника Николая Ивановича Карлгофа, а также начальников всех укреплений.
За особенное отличие по службе, связи с деятельностью в ходе снятия укреплений награжден переходом в чин батальонный адъютант Черноморского линейного № 6 батальона, поручик Константин Демидович Ярцев. Он при снятии укрепления Вельяминского 4 марта 1854 года отстреливался в полевом блокзаузе от горцев, давая возможность гарнизону отступить без потерь. А после сигнала общего отступления, отослав команду, самостоятельно заклепал орудие и поджег блокгауз, присоединившись к отряду.
После снятия средних укреплений Черноморской береговой линии основное внимание было сосредоточено на организации обороны крепостей Анапа и Новороссийск 1-го отделения Черноморской береговой линии.
До 8 (20) апреля 1854 года были высланы
в Черноморию поселяне и семейства воинских чинов из станиц Закубанского поселения — Николаевской, Александровской, Витязевой и Суворовской и 8 (20) апреля 1854 года упразднена и предана огню станица Суворовская *.
12 (24) мая 1854 года начальником Черноморской береговой линии вице-адмиралом Л.М. Серебряковым была представлена начальнику 1-го отделения линии А.О. Дебу диспозиция расположения войск вне и внутри укрепления Новороссийска в случае появление перед ним неприятельского флота.
8 (20) июля 1854 года англо-французские корабли обстреляли бывшее укрепление Кабардинское и Карантийную батарейку у Новороссийска.
В числе донесений была информация о намерении штурмовать Новороссийск или одновременно Новороссийск и Анапу.
Постоянно поступали сведения о возможном движении вражеских сил в район Новороссийска, по разным источникам в июле 1854 года планировалось наступление в количестве 15000 человек.
Руководство обороной Закубанья рассматривало планы снятия Новороссийска и Анапы в случае масштабного наступления противника.
Наказной атаман войска Донского М.Г. Хомутов дал высокую оценку действий воинских подразделений Черноморской береговой линии за то время, что они находились в его подчинении.
После запрещения России иметь военный флот на Черном море охрану побережья Кавказа осуществляли два иди три винтовых корвета, два парохода и четыре паровых транспорта, крейсерство вдоль кавказских берегов продолжили суда восстановленной Азовской гребной флотилии. Однако ни морское, ни прибрежное крейсерство на восточной берегу Черного моря не в состоянии были воспрепятствовать контрабандной торговле до фактического и прочного овладения берегами российской стороной.
30 марта 1856 года генерал-адъютант граф Алексей Федорович Орлов телеграфировал Государю Императору Александру II
о подписании мирного трактата в Париже 18-30 марта. Судьба укреплений российского побережья Черного моря определилась
в следующих 4-х его статьях: